Абиссинец. Том 1

Сергей Насоновский и Сергей Щербатых предлагают читателям историю Андрея Громова, казака из конца девятнадцатого века, который вместе с соотечественниками отправляется на побережье Красного моря. Он защищает форт Сагалло, когда французские корабли открывают огонь по позициям русских поселенцев. Вместе с отцом и другими казаками герой занимает оборону, но один из обломков обрушивающейся стены настигает его и все меняется.

В момент удара Андрея словно выбрасывает из времени и места. Он оказывается в чужом теле, едущем в бронемашине по горной дороге где-то на Востоке. Вокруг современное оружие, рации, колонна техники и внезапная засада с автоматными очередями и гранатометами. Герой не управляет этим телом, но видит все его глазами и понимает происходящее, словно читает мысли незнакомца. Затем взрыв снова отбрасывает его обратно в девятнадцатый век.

Очнувшись от удара, Андрей обнаруживает, что прежний мир вернулся. Он снова среди разрушающегося форта, французских снарядов и отца, который требует продолжать бой. Но что-то изменилось внутри него самого. Берданка, которую он едва держал утром, теперь лежит в руках как родная. Тело движется быстрее, увереннее, словно обрело навыки профессионального бойца.

Французский десант приближается к берегу на шлюпках. Казаки должны отбить атаку и защитить Новую Москву — поселение, созданное по инициативе Николая Ашинова. Сотня душ, казаки, монахи, крестьяне, прибыли сюда из Одессы, чтобы основать новую землю и закрепить присутствие России на африканском берегу. Теперь все эти надежды рушатся под огнем французской артиллерии.

Андрей начинает стрелять по шлюпкам и обнаруживает, что попадает с первого выстрела. Он точно рассчитывает поправку на качку, видит, куда упадет пуля, и валит вражеских солдат один за другим. Отец одобрительно смотрит на сына, но сам герой в замешательстве. Эти умения не его, они пришли из того краткого видения в чужом теле.

Со всех сторон грохочут разрывы, монахи тушат пожары, Ашинов мечется по двору и командует. Форт трещит по швам, но пока держится. Андрей продолжает вести огонь с холодной уверенностью профессионала, хотя еще утром такой стрелковой выучки у него не было. Чужая память словно вплелась в его сознание и дала навыки другого времени.

Книга разворачивается на стыке исторической реконструкции и мистики. Читатель погружается в малоизвестный эпизод русской истории — попытку казачьей колонизации Африки в конце девятнадцатого века. Одновременно возникает загадка перемещения сознания между эпохами и слияния опыта двух разных людей. Герой вынужден разбираться, что реально, а что нет, пока вокруг идет настоящий бой.

Андрей Громов оказывается на передовой сразу двух конфликтов: исторического и внутреннего. Ему предстоит выжить в осаде, понять природу чужих воспоминаний и решить, кем он является теперь.